Почему я сомневаюсь в Декарте

Ровно два года назад во Фрайбурге вместо изучения немецкого я развлекала себя чтением Картезианских размышлений Мамардашвили, и эта книга была такой прекрасной, умной и глубокой, что я почти стала картезианкой и твердо решила как можно ближе познакомиться с сочинениями Декарта. Добралась я до них, однако, лишь два года спустя, в русскоязычной редакции на мониторе рабочего компьютера. Возможно, это не Мамадрашвили, а Фрайбург был прекрасен, возможно, это не Декарт, а офис наивен и не оригинален, но от моего былого восторга не осталось и следа. Наверное, все-таки в двадцать первом веке, когда  мы почти знаем, как устроен мозг и сами создаем виртуальную реальность, рассуждения из ряда «как ощущения из части тела напрямую поступают в разум, минуя промежуточные станции в виде других частей тела» или «все, что я отчетливо вижу разумом, неизбежно существует реально» кажутся наивными. А фраза «Но уже благодаря естественному свету разума ясно, что в совокупной производящей причине должно быть, по меньшей мере, столько же реальности, сколько в действии этой же самой причины. Ибо, спрашиваю я, откуда еще может получить действие свою реальность, если не от причины? И каким образом причина сообщает ее действию, если сама она ею не обладает? Отсюда вытекает следующее положение: ничто не может возникнуть из ничего и тем более то, что обладает высшим совершенством или, иначе говоря, содержит в себе больше реальности, не может возникнуть из того, в чем этой реальности содержится меньше» (Декарт), прочтенная параллельно с изучением Вселенной из ничего Лоренса Крауса, заставляет задуматься о том, стоит ли читать претендующие на научность тексты, написанные более трех столетий назад. Думаю, все же стоит, ведь были же и Демокрит, и Эпикур, и Коперник, и множество других, кто поставил стремление к объективности выше собственных предпочтений и все же приблизился к пониманию того, что сегодня является известной истиной.

discordance-798855_1920

Когда-то на семинаре по философии науки преподаватель задал вопрос о том, могут ли современные ученые и философы критически относиться к знаниям и догадкам ученых и философов прошлого, учитывая объем научных знаний и информации, который в прошлом был значительно ограниченнее. Правильным ответом на этот вопрос было «Да, могут», ведь окружающий мир, с физико-биологической точки зрения, на протяжении последних как минимум нескольких тысячелетий остается относительно неизменным, а его восприятие и интерпретации зависят исключительно от критических способностей самого ученого и в меньшей степени от того, что принято в его эпоху. По крайней мере, так должно было бы быть. На деле же существование материалистических теорий вроде атомизма не мешает Платону придумать теорию идей, а медицинские и антропологические открытия эпохи Возрождения не препятствуют Декарту в развитии субстанционального дуализма. Что уж там: вся современная наука не в состоянии повлиять на 80 процентов населения земли, верящие в душу и богов.

Но главная проблема декартовской философии даже не в этом. Дело в том, что свои математически точные логические цепочки он начинает с заведомо сомнительных посылок. Он не объясняет, что есть «естественный свет разума», коему мы должны безоговорочно доверять, при том, что во всем остальном следует сомневаться. Почему вообще сомневаться следует лишь в чувственном, а рациональному бесспорно верить? Ведь ошибки совершает именно разум, делая неправильные выводы и полагая, например, что у всего необходимо должна быть конечная причина и детерминистическая цепь не может уходить в бесконечность. Это утверждение Аристотеля и Фомы Аквинского кажется как минимум спорным (а, собственно, почему не может?), у Декарта же оно не вызвало никаких вопросов, несмотря на его призыв подвергать все сомнению.

Думаю, основной ошибкой Декарта была уверенность, будто все, отчетливо видимое и понимаемое разумом, - возможно и даже неизбежно реально: например, бог, которого мы мыслим, что и делает его сущим (на самом деле, там все немного сложнее, и Декарт вслед за Оккамом называет существование одним из неотъемлемых атрибутов совершенства, а мыслимый совершенным бог, конечно, не может быть лишен такой важной характеристики совершенства, как существование; почему совершенство не может обходиться без существования остается при этом неясным). С другой стороны, то, понимание чего недоступно (или пока недоступно) человеческому разуму, признается невозможным – как, например, бесконечность причинной цепи.

Когда я училась в университете, всю многовековую историю философии нам представляли как борьбу между рационализмом и эмпиризмом (что уже не слишком-то философски корректно, ибо смердит дуализмом). Дальнейшие десять лет самостоятельного изучения философии показали, что все всегда было намного сложнее, а стремление вписать историю человеческой мысли в «борьбу противоположностей» - это бегство по кругу. Как известно, мы не сможем решить проблему на том же уровне, на котором она возникла. Чтобы философская мысль развивалась, нам необходимо выйти за рамки дуализма, преодолеть свою многовековую веру в конечность и признать, что если что-то кажется нам очевидным, это еще не значит, что оно существует, а то, что нечто кажется невозможным, не исключает вероятности, что именно оно является единственным законом нашей вселенной.

Автор: Жанна Мамедова

Опубликовано 5.9.2016

5 Comments

  1. В Декарте Вы сомневаетесь по причине своего тотального философского невежества. Рассмотрение мыслителя, произвольно вырванного из историко-философского контекста, с последующим сравнением с современными направлениями – подход явно ущербный.

    • hisocrates

      Очень интересно было бы узнать причину, по которой Вы позволяете себе упрекать кого-либо в “тотальном философском невежестве”, основываясь на том, что этот кто-то позволил себе усомниться в неоспоримой правоте одного из Ваших идолов. Могли бы Вы привести хотя бы пару аргументов в пользу того, что “вырывание мыслителя из историко-философского контекста” – явно “ущербный подход”? Вы действительно считаете, что мыслитель имеет право называться мыслителем, если вся его теория строится на том, что принято в современной ему философии или обществе? А оценивать его теорию можно лишь считаясь с реалиями его времени? Простите, а откуда тогда взяться прогрессу? Или, по-Вашему, мы должны продолжать преклоняться перед политическими теориями Платона или Аристотеля просто потому, что они создавали их тогда, когда создавали? Вы уверены, что Декарт, при его образовании и возможностях, ничего не слышал о Демокрите или работах Да Винчи? В каком таком историко-философском контексте существовал Декарт, что не мог помыслить, что более сложное естественно возникает из более простого, а не наоборот? Мне кажется, это Вы что-то не дочитали как у Декарта, так и у десятков других философов, если Вы их, конечно, вообще открывали.

  2. Веселят аргументы типа: «сам дурак». Спасибо за веселье!
    Теперь к содержанию.
    1. Автором ставится под сомнение фундаментальный принцип онтологии и эпистемологии, на который опирался Декарт и другие здравомыслящие мыслители и ученые, что «ничто не может возникнуть из ничего» и т.д. При этом ставится под сомнение научность трудов, отстаивающих подобный принцип. Ссылается автор на авторитет Лоренса Крауса и его труд «Вселенная из ничего». И будто бы этот принцип (из ничто ничего не возникает) уже не является чем-то важным и значимым в науке, а скорее пережиток времени. Хотелось бы обратить Ваше внимание на то, что гипотеза, предложенная Краусом, пока еще не является общепризнанной в физике и высказываются сомнения насчет этого предположения. Сам Краус в разных дебатах, отвечая на критику, заявляет, что это лишь возможное объяснение (см. «Большие дебаты» Хамза Тзортиз против Лоуренса Краусса ). Не надо путать то, что возможно, с тем, что уже установлено и является достоверным знанием. Так что, как минимум, еще рановато сомневаться в научности и значимости трудов мыслителей и ученых, которые базируются на этом принципе.
    2. Теперь к историко-философским ляпам. Насчет указаний на античный атомизм как на объективное достижение в противовес субъективистским базарам Декарта. Отошлю к физике Картезия, изложенной им в Первоначалах философии и трактате «Мир или трактат о свете», где он выступает как вполне последовательный атомист, за тем исключением, что не признает неделимости атомов. А поскольку Вы два раза намекаете на то, что античные атомисты молодцы (и один раз в гневном комментарии), а Декарт Вами рассматривается только лишь как теоретик познания и при этом Вы ни разу не упоминаете о его физике, то я делаю вывод, что с физикой его Вы не знакомы. А раз так, то Вы рассматриваете лишь отдельный аспект его философии, что заранее ущербно. Ущербность подобного метода изучения философов, надеюсь, отрицать Вы не станете.
    3. Реплика «Почему вообще сомневаться следует лишь в чувственном, а рациональному бесспорно верить?» в очередной раз указывает на то, что в чтении Декарта далеко Вы не продвинулись. Ибо математика, астрономия и т.д. чувственными данными не являются, но это сугубо рациональные явления, но в них Декарт сомневается так же, как и в чувственности. Причем сначала он сомневается в чувственности, а потом уже в науках. И эта последовательность доказывает озвученный тезис, что Декарт Вами не прочитан. На первом же размышлении Вы остановились.
    4. Насчет субстанциального дуализма Декарта. При такой однозначной формулировке забывают о том, что у Декарта была еще и Высшая сущность или субстанции в основном значении, унаследованная им от прошлых эпох развития мысли. Если об этом помнить, то статус других двух субстанций как субстанций становится проблематичным и трактовка Декарта как дуалиста тоже становится сомнительной.
    5. Почему совершенство не может обходиться без существования? Совершенство, т.е. завершенность, имеет все в себе, иначе ему будет чего-то не доставать. Если оно что-то не содержит в себе, то оно не совершенство. Если оно не существует, то оно не совершенство.
    Теперь насчет Вашего гневного письма. Надеюсь, что Вам понятен мой упрек насчет невежества и он возник отнюдь не потому, что Вы позволили «себе усомниться в неоспоримой правоте одного» из моих «идолов». Сомнения могут быть лишь на основании того, что выявлены несостоятельность или противоречия того или иного явления или учения. Вами не выдвинуто ни одного достойного тезиса против Декарта, но лишь какие-то странные реплики и клише из учебников по философии, а потому и критикой это не является. Отсюда и делается вывод, что Декарт Вами не понят.
    Еще один момент. Говоря о контексте, Вы восклицаете, что Декарт «… не мог помыслить, что более сложное естественно возникает из более простого, а не наоборот». Не надо его принимать за дебила и нигде подобной ахинеи у него нет. Принцип «из ничто ничего не возникает» совершенно не отрицает возможность движения и развития, так что еще раз настоятельно порекомендую Вам прочитать работы Декарта по физике. (Да, эта физика устарела и отброшена уже в ближайшее время после смерти Декарта, но таких вещей, которые Вы приписываете ему, там нет).

    • hisocrates

      Здорово, что удалось Вас развеселить, но, как Вы понимаете, моя цель была другой
      Что касается содержания:
      1. Автором не утверждается, что тезис о возникновении из ничего является достоверным, он лишь приводится как одна из альтернатив тому, “что уже установлено и является достоверным знанием”. Можно ли вообще говорить об окончательно установленном и достоверном знании в современной физике, особенно, когда речь идет о проблеме возникновения вселенной? Мне, например, кажется странным, что Декарт, как и, Вы правы, многие “другие здравомыслящие мыслители и ученые” не допускали мысли о том, что, возможно, все было иначе, чем утверждает общепризнанный принцип, на который они столетиями опираются. Если бы все было, как Вы утверждаете, давно достоверно установлено, чем бы сегодня занимались физики и откуда было бы взяться множеству теорий возникновения сущего, подчас взаимоисключающих? Возможно, все не так уж достоверно установлено, как Вам кажется, и “здравомыслящий мыслитель” мог бы по крайней мере усомниться, прежде чем делать заявления из разряда “ничто не может возникнуть из ничего”. Замечу, речь идет не о том, прав ли Декарт или Краус, а о том, что, на мой взгляд, как ученый, так и философ, не в праве разбрасываться не допускающими возражений утверждениями, предполагающими, что уж ему-то известна конечная истина.
      2. Именно на Первоначалах философии и основан обсуждаемый нами отзыв. В них Декарт пишет О невозможности существования атомов, или мельчайших неделимых телец: “Легко также понять, что невозможно существование каких-либо атомов, т. е. неделимых частиц тела, как это вообразили некоторые философы. Тем более что, сколь бы малыми ни предполагались эти частицы, раз они по необходимости должны быть протяженными, мы понимаем, что среди них нет ни одной, которую нельзя было бы разделить на две или несколько еще более мелких; отсюда и следует, что все они делимы. Ибо из ясного и отчетливого знания того, что вещь может быть разделена, мы выносим суждение о ее делимости; если бы мы судили иначе, наше суждение об этой вещи противоречило бы тому, что мы о ней знаем. Если мы даже вообразим, будто Бог сделал какую-нибудь частицу материи столь малой, что ее нельзя разделить на еще меньшие, мы все же не вправе заключить из этого, что она неделима: если бы Бог и сделал частицу столь малой, что она не могла бы быть разделена чем-либо (сотворенным Богом), то самого себя он не мог бы лишить власти разделить ее, ибо совершенно невозможно, чтобы Бог умалил свое всемогущество, как мы это уже заметили выше. Поэтому мы скажем, что наималейшая протяженная частица, какая только может существовать па свете, все же может быть разделена, ибо такова она по твоей природе”. Вы совершенно правы в отношении того, что Декарт сомневается лишь в неделимости атомов, однако здесь большое значение имеет, как он аргументирует невозможность существования неделимой частицы – отсылкой к богу, т.е. фактически, тупиком в размышлениях: это невозможно, потому что это противоречит всемогуществу бога, которое под сомнение не ставится. Именно этот метод критикуется в обсуждаемой заметке – Декарт, и не он один, регулярно ограничивает ход собственных мыслей тупиками типа бога, естественного света разума и пр., которые лично для меня, например, не являются такими уж самоочевидными. Что касается физики Декарта, то данная короткая заметка не имела целью ее исследование.
      3. В вопросе безошибочности разума мы снова упираемся в тупик: “Существование этой способности я принял за первое основоположение, из которого вывел наиболее ясное следствие, именно что существует Бог — творец всего существующего в мире; а так как он есть источник всех истин, то он не создал нашего разума по природе таким, чтобы последний мог обманываться в суждениях о вещах, воспринятых им яснейшим и отчетливейшим образом”. Виновницей заблуждений оказывается не разум, а “воля”: “Но поскольку, хотя Бог и не обманщик, нам все же часто доводится ошибаться, мы должны, дабы выявить причину и происхождение наших заблуждений и предупредить их, принять во внимание, что заблуждения наши зависят не столько от разума (intellect us), сколько от воли; притом заблуждения эти не являют собой вещей, для созидания коих требовалось бы реальное содействие Бога: ведь в отношении к нему они являются лишь отрицаниями, в отношении же к нам самим — недостатками”. Итак, разум не ошибается, поскольку бог не обманщик. Ошибаться нас заставляет наша свободная воля, в понимании которой (я предполагаю, но не утверждаю) Декарт поддерживает Августина Аврелия и Ансельма Кентерберийского.
      4. С такой интерпретацией можно согласиться. но лишь при условии, что тогда мы не будем считать дуализмом любую философию, которая предполагает существование единого, будь то сущность или принцип.
      5. Эта аргументация прекрасно известна, не стоило утруждать себя ее повторением. Ничто не может содержать в себе взаимоисключающие противоречия, если это, конечно, не нечто, что не подчиняется законам природы и логики и находится вне мира и сферы человеческого познания, и чем, следовательно, можно объяснять любые нестыковки и противоречия в теории, а также любые мнения, ссылаясь на его непостижимость. Именно такая сущность должна присутствовать в системе взглядов любого “здравомыслящего мыслителя”.
      6. Декартовский принцип “из ничего ничто не возникает” подкреплен его же аргументацией, заключающейся в том, что причина должна быть как минимум не менее совершенной, чем следствие (см. текст заметки), что логически предполагает регресс (в следствии не может содержаться больше реальности, или совершенства, чем в причине).
      Суммируя, повторю свой главный тезис: целью заметки не была критика физики Декарта, к которой Вы многократно отсылаете, и даже не его метода, который сам по себе, безусловно, научен, но того способа, коим сам же Декарт этому методу следует (а вернее, не следует), заводя свою мысль в тупики из религиозных постулатов, предрассудков и “достоверно установленного знания”. Ведь завершает свои Первоначала Декарт действительно очень скромно: “Тем не менее, не желая полагаться слишком на самого себя, я не стану ничего утверждать; все мною сказанное я подчиняю авторитету католической церкви и суду мудрейших. Я даже не желал бы, чтобы читатели верили мне на слово, я прошу их лишь рассмотреть изложенное и принять из него только то, в чем они и будут убеждены ясными и неопровержимыми доводами разума”.
      И еще кое-что: полагаю, что между нами происходит спор по существу, а не состязание в риторике, поэтому фразы типа “базары Декарта”, “гневное письмо”, “принимать за дебила”, “ахинея” и пр., хоть и создают желаемый Вами антураж и эффект убедительности, на мой взгляд, здесь совершенно неуместны.

  3. 1. Нельзя относить принцип «из ничто ничего не возникает» только лишь к космологии. Декарт его использует так же и касательно вопросов теории познания. Представьте себе, что некоторый мыслитель отказывается от этого положения. Следом за этим отказом происходит отказ от всех правил формальной логики (тождества, противоречия, исключенного третьего). Думаю, что не требуется разъяснять, почему этот шаг необходим. За этим следует отказ от языка, ибо речь без этих правил не построишь и т.д. В итоге наш предполагаемый философ будет не в состоянии и слова произнести. Так что то, что Вы предлагаете, будет попросту самоубийством мысли этого самого философа. Потому я и называю мыслителей и ученых, а так или иначе все они работали именно на основании этого принципа, здравомыслящими. Так что в эпистемологии, по крайней мере, отказ от этого принципа невозможен.
    Еще один момент касательно Крауса. Если я правильно понял то, о чем он говорит (а я вполне могу заблуждаться, ибо я не физик) и если Крауса теория верна, то все следствия, описанные выше, так же будут иметь место. Т.е. если однажды вселенная возникла из ничто, то и дальше может возникать нечто совершенно спонтанно из ничто в уже сформированной вселенной. Если это так, то окажется невозможным установление причинно-следственных связей и, соответственно, познание чего бы то ни было и т.д. И теория самого Крауса следом окажется невозможной или, по крайней мере, ее познание.
    2. Декарт не аргументирует невозможность существования неделимой частицы посредством отсылки к Богу. Основная мысль в приведенном Вами отрывке выражена Декартом до появления в отрывке Бога: « Ибо из ясного и отчетливого знания того, что вещь может быть разделена, мы выносим суждение о ее делимости…». Бог здесь служит лишь дополнением к аргументации.
    3. Совершенно не понятно, где здесь тупик. В том, что ясное и отчетливое восприятие истинно? Если современную науку не интересует вопрос о том, почему именно так, т.е. почему нечто разум способен познать или воспринять истинно, то это не проблема Декарта, но проблема современной науки.
    4. Полностью согласен. Ни у кого и мысли не возникнет, что А не есть А.
    5. Если Вы рассматриваете Бога (он же – совершенная сущность, единое, всеобщее, абсолютное) только лишь как некоторый Х, который служит прикрытием противоречий и нестыковок, то это, опять же, не проблема Декарта или философии, но, скорее всего, Вашей интерпретации этого вопроса.
    6. Не понимаю, где Вы здесь обнаружили регресс. Если Вы представляете движение только вперед или назад, то да, это будет регресс. Но если даже вспомнить ионийцев-досократиков, которые объясняли появление различий в едином первоначале посредством его изменения, т.е. разрежения, сгущения и т.д., то станет ясным, что так, как Вы представляете изменение, представлять его ни в коем случае нельзя, ибо это попросту не все возможные изменения. Приведу пример. Из кувшина мы разлили молоко в два стакана. От проведенной операции молока в природе меньше не стало (т.е. регресса не произошло), но вот в кувшине его нет, но зато есть в других разных емкостях. Это и есть иллюстрация изменения одного и того же.
    Насчет антуража и эффекта некоторых моих фраз: да, бывает, за что искренне каюсь!

Оставить комментарий