“Саммерхилл. Воспитание свободой”. Конспект книги Александра Нилла

Александр Нилл (1883-1973) - педагог, создатель принципиально новой философии образования, основатель школы Саммерхилл. Главая идея Нилла, воплощенная в созданной им школе: «школа должна подстраиваться под ребёнка». Сама школа Саммерхилл построена по модели демократического общества, где нет централизованной власти, а законы принимаются учениками на общих собраниях.

Представляем конспект коротких выдержек из книги Александра Нилла "Саммерхилл. Воспитание свободой".

Александр Нилл

Можно утверждать, и не без основания, что пороки цивилизации обязаны своим существованием тому факту, что ни одному ребенку никогда еще не удалось вдоволь наиграться.

Мне никогда еще не приходилось видеть ленивого ребенка. То, что называют ленью, обычно отсутствие либо интереса, либо здоровья. Здоровый ребенок не может пребывать в праздности, ему постоянно нужно чем-нибудь заниматься.

Неукоснительная дисциплина – самый простой способ для взрослых добиться тишины и покоя. Строевым сержантом может быть любой. Удивительно, что в танцах, как и вообще в жизни, толпа в целом принимает установленные правила, а отдельные люди, ее составляющие, могут поголовно ненавидеть эти правила.

Человек бывает счастлив или несчастлив в жизни независимо от того, любит он Бетховена или горячий джаз.

Когда я читаю лекции студентам Оксфорда или Кембриджа, ни один профессор или доцент не приходит меня послушать. Я полагаю, что могу этим гордиться, ибо когда тебя признают чиновники, это означает, что ты устарел.

Слишком многие становятся социалистами не потому, что любят бедных, а потому, что ненавидят богатых.

Разве могут у нас существовать счастливые семьи, живущие в любви, если родной дом – это маленький уголок родины, сотнями способов повседневно проявляющей ненависть? Я не могу считать, что образование – это экзамены, классы, уроки и учения. Школа не обращает внимание на самое главное: все на свете греческие языки, математики и истории не помогут сделать семью более любящей, детей свободными от подавления, а родителей свободными от неврозов.

Подарить свободу – это подарить любовь, а только любовь может спасти мир.

Формируемый, регулируемый, наказываемый, подавляемый, несвободный ребенок, имя которому – легион, живет в каждом уголке планеты. Он живет и в нашем городе, прямо в доме напротив. Он сидит за скучной партой в скучной школе, а потом, когда вырастет – за еще более скучным столом в каком-нибудь учреждении или на скамье у фабричного конвейера.

Он принимает все, чему его учили, почти без вопросов и передаст свои комплексы, страхи и фрустрации собственным детям.

Вряд ли будет преувеличением сказать, что все дети в нашей цивилизации появляются на свет в жизнеотрицающей атмосфере.

Когда-нибудь человечество, возможно, исследует все свои несчастья, ненависть и болезни и обнаружит в корне созданной им цивилизации, которая, по своей сути, жизнеотрицающая. Если жесткое формирование характера делает ригидным человеческое тело, зажатым, несвободным, скованным, а не живым и гибким, логично заключить, что эта жесткость будет препятствовать нормальному функционированию любого человеческого органа, необходимого для жизни.

Трудный ребенок – это ребенок, задавленный требованиями чистоплотности и подавлением сексуальности. Взрослые считают само собой разумеющимся, что ребенка надо научить вести себя так, чтобы жизнь взрослых была как можно более спокойной. Отсюда и значение, придаваемое послушанию, хорошим манерам, любезности.

Наша цивилизация не здорова и не счастлива. Я утверждаю, что корни этого – в несвободной семье. Сила реакции ненависти умерщвляет детей с самых первых дней их жизни, дети научаются говорить жизни нет, потому что вся их юная жизнь – одно сплошное нет: не шуми, не мастурбируй, не лги, не бери чужого. Они научаются говорить да всему, что есть в жизни плохого: старость – уважай, религию – уважай, уважай родителей, соблюдай закон отцов, не задавай вопросов, просто подчиняйся.

Нет никакой добродетели в уважении к тому, кто его недостоин. Нет никакой добродетели в жизни в законном грехе с мужчиной или женщиной, если любовь ушла. Нет добродетели и в любви к богу, которого ты на самом деле просто боишься.

Нет трудных детей, есть только трудные родители. Лучше сказать, что существует просто трудное человечество. Вот почему так зловеща атомная бомба: она находится в руках людей, которые против жизни, потому что какой же человек, чьи руки в колыбели были связаны, не против жизни?

Саморегуляция предполагает веру в то, что человек по своей природе хорош, а природа не была и не может быть изначально греховна.

Саморегуляция означает право ребенка жить свободно, без внешнего давления, физического или психологического. Следовательно, ребенок ест, когда голоден, приобретает привычки чистоплотности, когда захочет, на него никогда не кричат и не поднимают руки, он всегда любим и защищен.

В строгой, суровой семье у детей нет никаких прав. В испорченной семье у них есть права на все. Хороша та семья, в которой у детей и взрослых равные права.

Быть искренним в жизни и по отношению к жизни – именно это является самым важным в ней. Если вы искренни, остальное придет само.

Цель жизни – счастье. Зло жизни – все, что ограничивает или разрушает счастье. Счастье всегда означает добро, несчастье в своих крайних проявлениях – антисемитизм, геноцид, война.

Сама природа общества враждебна свободе. Общество консервативно и злобно по отношению к новым идеям, как и всякая толпа.

Наше обветшалое уголовное право основано, главным образом, на страхе, и наша репрессивная система образования тоже построена на страхе, - страхе перед новым поколением.

Когда отсутствует давление страха и дисциплины, дети не проявляют агрессии.

Главный враг свободы – страх. Если мы расскажем детям о сексе, не вырастут ли они распущенными? Если мы не будем подвергать пьесы цензуре, не восторжествует ли безнравственность?

Взрослые, которые боятся, что дети станут испорченными, на самом деле, испорчены сами. Аналогично тому, что именно люди с грязными мыслями требуют закрытых купальных костюмов. Если человека что-нибудь постоянно шокирует, именно оно больше всего его интересует. Ханжа – это распутник, не имеющий мужества посмотреть в лицо своей обнаженной душе.

Но свобода означает и победу над невежеством: свободным людям не понадобится цензура ни в пьесах, ни в одежде. Свободные люди не интересуются шокирующими вещами, их ничто не может шокировать.

Проклятие человечества – внешнее принуждение, - исходит ли оно от папы, государства, учителя или родителей. Всякое принуждение – фашизм.

Свобода означает право делать все, что ты хочешь, если только этим не нарушается свобода других. Результат ее – самодисциплина.

Следует помнить, что религия и мораль делают наказание в каком-то смысле привлекательным институтом, потому что оно облегчает совесть. «Я расплатился», - говорит грешник.

Наказание не бывает справедливым, потому что никакой человек может быть справедливым.

Справедливость предполагает полное понимание другого человека, судьи же отнюдь не более нравственны и свободны от предрассудков, чем уборщики мусора.

Развитие цивилизации состоит в избавлении мира от фальши и неискренности.

На общем собрании школы я не раз предлагал объединить все карманные деньги в общий фонд, говоря, что это несправедливо, когда один мальчик получает 30 шиллингов в неделю, а другой только 2,5. Несмотря на то, что ученики с большими доходами всегда составляют ничтожное меньшинство, мои предложения при общем голосовании никогда не проходили. Дети, имеющие шиллинг в неделю, горячо возражали против любого предложения ограничить доход их более состоятельных соучеников.

Возможно, мои слова прозвучат абсурдно, но связь ребенка с родителями – непременная опора авторитарного государства. Так же, как проституция необходима для того, чтобы сберечь нравственность примерных девочек из хороших семей. Отмените сексуальное подавление и молодежь будет потеряна для власти.

Крайние формы ненависти к сексу обнаруживаются в садизме. Ни один человек с благополучной сексуальной жизнью не смог бы мучить животное, пытать человека или отстаивать существование тюрем. Ни одна сексуально удовлетворенная женщина никогда не осудила бы мать незаконнорожденного ребенка.

Если бы люди рождались с преступными наклонностями, хорошие семьи из среднего класса давали бы столько же преступников, сколько семьи из трущоб. Но обеспеченные люди имеют больше возможностей для выражения своего Я. Удовольствия, которые можно купить за деньги, изящная обстановка, культура и фамильная гордость – все это льстит Я. У бедняков Я голодает.

Предоставить ребенку свободу быть самим собой – настоящее лекарство от криминальности.

Преступление создает закон: в семье закон, провозглашаемый отцовскими запрещающими приказами, ограничивает Я ребенка и тем самым делает ребенка «плохим». Государственный закон лишь оживляет хранящуюся в подсознании память о домашних ограничениях. Подавление вызывает протест, а протест естественно ищет мести. Преступление – это месть. Чтобы уничтожить преступность, мы должны уничтожить то, что делает ребенка ищущим отмщения, мы должны проявлять уважение к ребенку.

Если дети любимы и свободны, они в свое время станут хорошими и честными.

Похоже, что честность, как свойство человека, возникла довольно поздно. Ее появление, возможно, было связано с приходом частной собственности. Вполне вероятно, что честность диктуется, прежде всего, страхом: от мошенничества с налогами меня удерживает не абстрактная честность, а страх, что игра может не стоить свеч, и осуждение, которое последует, если этот обман обнаружится, может разрушить и репутацию, и работу, и семью.

Уничтожение нищеты и трущоб в сочетании с преодолением родительского невежества автоматически уменьшило бы контингент исправительных школ.

Тюрьмы и наказания никогда не смогут заменить веру в человека, способную творить чудеса. Для человека, оказавшегося в беде, такая вера означает, что кто-то относится к нему с любовью, а не с ненавистью.

Сражение за молодёжь – это драка без перчаток. Никто из нас не может оставаться в стороне. Мы должны принять ту или другую сторону: власть или свобода, дисциплина или самоуправление. Никакие половинчатые меры не годятся, положение слишком критическое.

Как можно взрастить счастье? Мой ответ таков: отмените власть, дайте ребенку быть самим собой, не подталкивайте его все время, не учите его, не читайте ему нотаций, не пытайтесь его возвысить, не заставляйте его делать что бы то ни было. Возможно, этот ответ вам не подходит, но, отвергая мой, вы обязаны найти лучший.

Любовь и ненависть, на самом деле, не полярны друг другу, настоящая противоположность любви – безразличие. Ненависть – это любовь, превращенная в свою противоположность препятствиями на ее пути

Ненависть всегда содержит элемент страха.

Ненависть, возможно, чаще представляет собой извращенное стремление к власти, чем извращенную любовь. Ненависть, которую излучала Мирослава, можно было физически ощущать. Стремление к власти – черта, в не меньшей степени женская, чем мужская. Женщина обычно желает власти над людьми, в то время как мужчина стремится к власти над материальными объектами.

Во зло обращается только ущемленное стремление к могуществу. Человеческие существа изначально хороши, они хотят творить добро, любить и быть любимыми. Ненависть и бунт есть лишь ущемленное стремление к могуществу, ущемленная любовь.

Строгая школа сохраняет традицию унижения ребенка, ее идеал – тихий, уважительный, кастрированный ученик.

Следует подчеркнуть, что саморегуляция требует большей отдачи, чем какая-либо установленная система правил.

Мы рабы, потому что нас учили отрицательно относиться к жизни, тупо приспосабливаться к авторитарному обществу и быть готовыми умереть за идеалы наших хозяев. Это только в романтических книгах люди умирают за любовь, в действительности они умирают за ненависть.

Я говорил о том, что касается поведения толпы. Но и отдельный человек в своем повседневном существовании отрицает жизнь. Занятия любовью, по большей части, не приносят ему удовлетворения, его удовольствия, в основном, вульгарны и убоги, с их помощью он пытается уйти от действительности. Он моралист, т. е. человек, который считает естественную жизнь неправильной или, в лучшем случае, не достойной высшего образца, и соответственно этому он воспитывает своих детей. Ни одному жизнеутверждающему ребенку не нужны правила, касающиеся секса, уроков, бога и хорошего поведения. Ни один жизнеутверждающий родитель или учитель никогда бы не ударил ребенка. Ни один жизнеутверждающий гражданин не стал бы терпеть наше уголовное право, наши повешения, наказания за гомосексуализм, отношение к незаконнорожденным. Ни один жизнеутверждающий человек не стал бы сидеть в церкви и утверждать, что он несчастный грешник.

Быть против жизни – значит быть за власть, за официальную религию, за подавление, за угнетение, во всяком случае, готовность подчиняться всему этому.

Жизнеутверждение – это радость, любовь, интересная работа, хобби, смех, музыка, танцы, сочувствие к другим и вера в человека. Жизнеотрицание означает долг, послушание, наживу и власть. На протяжении всей истории жизнеотрицание побеждало и будет побеждать до тех пор, пока юных обучают принимать современные взрослые представления.

Богатого и бедного роднит то, что оба воспитаны в мире, который не одобряет любовь, боится ее, делает любовь объектом непристойных шуток.

Раб в действительности не хочет свободы, он не способен ценить свободу. Внешняя дисциплина делает людей рабами, неполноценными мазохистами: они целуют свои оковы.

Если слово «счастье» вообще что-нибудь означает, то, скорее всего, это – внутреннее чувство благополучия, равновесия, удовлетворенности жизнью. Все они могут существовать только в том случае, если человек чувствует себя свободным.

 Нет, религии не более вечны, чем народности. Религия - любая религия, - рождается, расцветает, ветшает и умирает. Сотни религий пришли и ушли. После того, как миллионы египтян чуть ли не 4 тысячи лет верили в Амона-Ра, сегодня вы не найдете ни одного приверженца этой религии. Идея бога меняется с изменением культуры. В мирное время бог бывает добрый пастырь, в воинствующее - олицетворением битвы. Когда процветала торговля, он был богом справедливости, распределяющим блага. Сегодня, когда человек так утилитарно изобретателен, бог - это уэллсовский Великий Отсутствующий, поскольку созидающий бог-творец не нужен веку, который сам способен создавать атомные бомбы.

С детьми, которые вас боятся, жить гораздо легче, чем теми, которые вас любят, - в том смысле, что с первыми жизнь течет гораздо спокойнее.

Новая религия откажется от противопоставления тела и духа. Она признает, что плоть не греховна. Новая религия будет считать, что поплавать в воскресное утро более благочестиво, чем проводить его за пением гимнов, - как будто богу нужны гимны, чтобы быть довольным нами. Новая религия найдет бога в лугах, а не в небесах. Вообразите, что можно создать, если бы лишь 10% времени, потраченного на молитвы и хождение в церковь, было посвящено добрым делам, благотворительности и реальной помощи ближним.

Прочитать книгу "Воспитание свободой" и составить собственное мнение можно здесь.

Опубликовано 12.6.2019

Комментариев еще нет.

Оставить комментарий